Порфирий ведёт сеансы за полвека до Фрейда. Шантаж на рельсах лечат отказом спасать. Герасим уходит в стихию: выбыв из людей, раб недосягаем. Холод Онегина сберёг Татьяну. Обломовка учит не рождаться. Чичиков единственный нормален, но мошенничество кушетке не по зубам. Гумбертом движет жажда власти, не влечение. Просьба смелее гордого молчания. Терапия не обещает счастья: делает чуть более живыми.
