Сто шестьдесят семь километров в неделю и два часа переработки давал график бригады «Кедра», составленный по списку договоров. Основатель «Школы траблшутеров», экс-директор Альфа-Банка по процессам, Олег Брагинский скрещивает удачные графики, как селекционер, и рисует генетический алгоритм в трёх нотациях и выбирает лучшую.

Рис. 1. Схема по ГОСТ 19.701: поколение за поколением
Весной 2008 года проводил массовое сокращение. Увольнял и плакал: из-за нехватки финансирования не мог оставить даже костяк каждого из подразделений.
Вспомнил о скрещивании и создал новые команды из двух-трёх старых. Регламенты тоже собирал в стиле Франкенштейна – из лучших кусков прежних.
Короткий ответ: держат десятки вариантов сразу, лучшие соединяют попарно, понемногу случайно меняют и повторяют, пока поколения улучшаются.
Рисовать такой поиск руководителю удобнее всего в нотации IDEF0: видно, что подают на вход, что выдают в итоге и какими правилами управляют отбором.
Как устроен алгоритм?
Генетический алгоритм – способ искать решение селекцией: варианты оценивают, лучшие становятся родителями, потомки берут части от обоих, а мутации вносят случайные изменения. По ГОСТ 19.701 – цикл «Пока не прошло 200 поколений», а внутри него четыре шага: оценка, перенос лучших, скрещивание и мутация.
Метод описал Джон Холланд из Мичиганского университета в книге 1975 года «Адаптация в естественных и искусственных системах». Опыты с компьютерной «эволюцией» начинались ещё в 1950-х, на самых первых ЭВМ.
Как это выглядит на деле?
Сервисная компания «Кедр» планирует неделю бригады: девятнадцать объектов, у каждого – от получаса до трёх часов работ. День вместе с дорогой – восемь часов. График по списку договоров даёт 167 километров в неделю и два часа переработки, больше всего в пятницу.

Рис. 2. Пример: с мутацией варианты остаются разными и находят лучший
Алгоритм держит 60 графиков. Двух лучших переносит дальше как есть, остальных рождает скрещиванием: каждый объект берёт день у одного из родителей. Лучший из пяти запусков даёт 130 километров без переработок – на 37 километров меньше, средний – около 141.
Чем опасно однообразие?
Руководитель одного из кредитных подразделений прошла курсы ораторского мастерства и сценической речи, натренировала голос. Когда приходила на кредитный комитет, мы все млели от того, как чисто струится речь, сколь аргументирована подача, точны звуковые подводки.
Через время подчинённые стали копировать лидера, разнообразие пропало. К тому времени убаюканный коллегиальный орган очнулся, и подобные заходы перестали проходить на ура.
Та же ловушка у алгоритма: без мутаций к 30-му поколению в 18 запусках из 20 все 60 графиков одинаковы. Поиск застревает на 150–178 километрах – часто хуже ручного графика, и почти всегда остаётся работа сверх нормы.
Зачем нужна случайность?
Работал с тайваньским производителем гаджетов и софта: углублялись в удобство пользователя, сценарии использования, экономику впечатлений.
Одну из презентаций на английском восприняли слишком буквально, и появилась странная иконка с неразумными действиями.
Не успел настоять, чтобы убрали «шутку», как новинка произвела фурор и стала копироваться конкурентами. Вот что значат культурные различия.
Мутация в алгоритме – такая же «ошибка»: случайный день для объекта чаще вредит, но изредка находит то, до чего скрещивание не додумается. С ней в поколении до конца живут три-четыре десятка разных графиков.
Как совместить разные меры?
В операционный центр отбирали людей несколько лидеров. На единой методике не сошлись: один использовал тест на IQ, второй затевал стресс-интервью, третий откровенно хамил, утверждая, что клиенты бывают жёстче.
Через год опросили сотрудников, что бы они выбрали. То ли из солидарности, то ли из конформизма, те сказали: одной метрики недостаточно, лучше сочетать все подходы. Услышал, пожал плечами – не мне же работать – и согласовал.
Алгоритму нужна одна оценка из нескольких мер: у «Кедра» – километры плюс 100 км штрафа за час сверх нормы. Вес решает руководитель, от него зависит, какой график «выживет».
Где метод проигрывает?
Генетический алгоритм не обещает лучшего ответа: запуски дают от 130 до 160 километров, поэтому считают несколько раз. Для задач, где есть точный расчёт, – кратчайший путь, назначение, поток – он лишний, а один маршрут проще улучшить отжигом.
В следующей статье сборника – алгоритм траблшутера: как искать причину сбоя по шагам, а не перебором всех догадок подряд.
Сколько стоит расчёт?
Модель: вариантов графика – 5 в 19-й степени, около 19 триллионов. Алгоритм оценивает 12’000 графиков за секунду. Вручную по минуте на график ушло бы 200 часов.
Какими нотациями рисовать отбор?
ГОСТ 19.701 раскладывает цикл поколений шаг за шагом, его ценят разработчики и аудиторы.
IDEF0 любят руководители и методологи: блок с входами слева, выходами справа, правилами сверху и исполнителями снизу показывает, чем управляет человек, а чем – программа.

Рис. 3. Тот же расчёт как одна функция в окружении стрелок
BPMN предпочитают владельцы процессов: дорожки показывают, кто задаёт меры, кто сверяет график с объектами, а кто считает поколения.

Рис. 4. Роли в расчёте: руководитель, диспетчер и программа
Какая нотация лучше?
Лучшая нотация для генетического алгоритма – IDEF0: 20 баллов против 19 у BPMN и 16 у ГОСТ. Рычаги – сверху блока. Вес вопроса о руководителе удвоен: сборник написан для него.

Рис. 5. Оценка трёх нотаций: 16, 20 и 19 баллов
BPMN отстал на балл и нужен, когда в расчёте участвуют люди, ГОСТ – разработчикам.
Что сделать руководителю?
Хватит четырёх шагов:
- Сведите несколько мер качества в одну оценку и договоритесь о весах.
- Держите разнообразие: не давайте всем вариантам копировать лидера.
- Разрешите небольшую долю случайных изменений и смотрите, какие приживаются.
- Запустите расчёт несколько раз и сверьте лучший график с диспетчером и бригадами, которые знают объекты в лицо.
Что запомнить?
- лучшее решение часто собирается из частей двух хороших
- однообразие убивает поиск
- редкая случайность находит неожиданное
- вес каждой меры решает, кто «выживет»
- генетический алгоритм лучше всего рисовать в нотации IDEF0.