Геополитика, Экономика | Олег Брагинский, Марина Строева
Основатель «Школы траблшутеров» Олег Брагинский и ученица Марина Строева проследят экономическую историю Индии от разорванной, бедной, аграрной страны с жёсткими феодальными и кастовыми структурами до одной из крупнейших развивающихся экономик мира.
В 1947 году Британский Радж передаёт власть. На субконтиненте возникает несколько государств: Индия, Пакистан (Западный и Восточный, будущий Бангладеш) и ряд образований, позднее аннексированных: Хайдарабад, Джуннагарх, Даман и Диу, Кашмир, Калат.
В ходе раздела 8 млн мусульман уезжают из Индии в Пакистан, 14,5 млн индуистов перемещаются из Пакистана в Индию. Погибает 800’000 человек.
В 1950 году население Индии – 330 млн, Пакистан – 30 млн, Восточный Пакистан – 30 млн. Сейчас Индия – 1,4 млрд, Пакистан – 245 млн, при этом темпы роста населения в Пакистане выше.
В 1950 принимается Конституция независимой Индии. Регионы разорваны: исторические внутренние таможни, разные правила, локальная логика управления. Система власти многослойна, с сильной феодально-клановой составляющей, центр слаб.
Сельское хозяйство зависит от муссонов, климат – главный источник риска. Частые засухи и наводнения, большие риски неурожаев и голода. Экономика натуральная: высока доля самозанятости, обмен натурой, слабая вовлечённость в расширение производств.
В Европе стабильность сельского хозяйства породила логику инвестиций и накопления. В Индии из-за климатических рисков производство не укореняется. Сбережения традиционно уходит в золото и драгоценные камни как тихую гавань, а не в бизнес.
Страна разобщена этнически (север и юг) и религиозно (индуизм, ислам, ранее буддизм). Индуизм определяет общественные нормы, культ священной коровы ограничивает использование важного ресурса. Кастовость сдерживает социальные лифты: профессия и статус задаются рождением.
Многократная смена религиозно-политических режимов каждый раз рушила сложившиеся элиты и связи. Более прогрессивные институты Ост-Индской компании (единый рынок, суды, капиталистические отношения) были свёрнуты, архаичные формы – восстановлены.
Традиционная модель: нужно много сыновей для защиты и обработки земли, женщина должна рано начинать рожать и выводится из полноценной экономической жизни, девочек рано выдают замуж.
Массовое переселение мусульман в Пакистан и индуистов в Индию создаёт гигантскую нагрузку на экономику. Формируются агломерации бедных беженцев, которых нужно кормить и расселять.
Разрываются хозяйственные цепочки: Восточный Пакистан (Бангладеш) с мощностями по хлопку и джуту отделён. Индии приходится переориентировать собственные земли на хлопок и джут, отнимая площади у зерновых и обостряя продовольственные проблемы.
До 1945 году ряд индийских лидеров заигрывает с итальянским фашизмом: контакты с Муссолини, восхищение «сильной властью». Махатма Ганди после встречи с Муссолини отмечает успех реформ для крестьян и твёрдое правление.
В 1925 создаётся РСС (Rashtriya Swayamsevak Sangh) как фашистская индуистская организация. Политическая «дочка» – современная Бхаратия Джаната Пати. Вдохновлявшаяся фашистскими моделями и идеями «решения мусульманского вопроса» по образцу нацистской политики.
Джавахарлал Неру, первый премьер-министр, создатель династии Неру–Ганди, в 1936 формулирует программу: единственный ключ к решению проблем Индии – социализм, понимаемый как ликвидация частной собственности (с небольшими исключениями).
Система, основанная на прибыли, заменена корпоративным производством. Вводится жёсткий государственный контроль и широкие революционные преобразования, что задаёт антикапиталистический вектор ранней политики.
С 1951 запускаются пятилетние планы. Архитектором выступает Прасанта Чандра Махаланобис. Цели: высокие темпы роста, самодостаточность, минимизация импорта и иностранного влияния, наращивание местного потенциала, поддержка малого и среднего бизнеса, жёсткий госконтроль.
Формально ВВП растёт на 3–3,5% в год с низкой базы, но крайне неравномерно. Быстрее всего развиваются инфраструктура: электричество, газ, вода, строительство и банковский сектор.
Железные дороги растут на 2% – мало для континентальной страны с большими расстояниями. Для экспорта важно вывозить товары к портам по железной дороге, сеть не поспевает. Индия замыкается внутрь, экспорт ограничен, усиливается изоляционизм.
После Неру власть переходит к его дочери Индире Ганди. 1960–1970 характеризуются слабым ростом, засухами, войнами с Пакистаном, кризисами. В 1966 Индия обращается к МВФ, рупия девальвируется. Страна считается ненадёжным заёмщиком.
Ответ Индиры – национализация частных банков и угольной промышленности, резкое повышение подоходного налога, закон 1969 года о борьбе с монополиями, фактически – рычаг давления на частный бизнес, не распространяется на госсектор.
В 1970-е раздаёт субсидии агросектору, раздувая дефицит бюджета. После обвинений в фальсификации выборов в 1975 вводит чрезвычайное положение, которое фактически сворачивает Конституцию, арестовывает оппозицию, вводит цензуру.
В 1980 Индира возвращается к власти, в 1984 – убита телохранителем-сикхом. Премьером становится сын – Раджив Ганди. Запускает либерализацию: субсидирует частные компании, стимулирует производство потребительских товаров, но без ориентации на реальный спрос и в конфликте с интересами влиятельных групп.
В 1987 – скандал Bofors (взятки при закупке оружия), обвинения в связях с КГБ и многолетнем финансировании семьи из СССР. Либерализация тормозится, лицензирование и высокие пошлины сохраняются, приток иностранных инвестиций ограничен.
1989 – Раджив проигрывает выборы, в 1991 убит смертницей из Шри-Ланки. К концу 1980-х – началу 1990-х Индия впадает в тяжёлый финансовый кризис: валютных резервов хватает на две недели импорта, рейтинги падают до дефолта, МВФ и Всемирный банк сворачивают помощь.
Наследие 40 лет династии Неру – раздутый госаппарат, жёсткое лицензирование, закрытая экономика, низкий ВВП на душу населения, что ведёт к системному тупику и становится отправной точкой настоящих реформ.
Правительство Нарасимха Рао предпринимает радикальные шаги: закладывает 67 тонн золота Великобритании и Швейцарскому банку, заявляет о готовности работать с МВФ и Всемирным банком на их условиях.
Проводятся реформы: ликвидируется министерство лицензирования, разрешительный режим сохраняется лишь для 18 видов деятельности. Компаниям позволяют выпускать акции по уведомлению. Создаётся регулятор рынка капитала.
Иностранцам разрешают покупать индийские акции, до 24–49%, в ряде отраслей – до 100%. Начинается постепенная приватизация (кроме инфраструктуры, добычи и ВПК). Отменяется часть субсидий, снижаются пошлины, в среднем с 85% до 25%.
Результат – примерно 20 лет устойчивого роста. За 1990–2020 гг. ВВП в постоянных ценах растёт в 13 раз, ВВП на душу – в 9 раз. Архитектором реформ считается министр финансов Манмохан Сингх, позднее – премьер-министр (2004–2014).
Индекс экономической сложности – 41-е место. Номинальный ВВП на душу – $2’600 (уровень, сопоставимый с довоенной Палестиной). Индекс развития человеческого потенциала – 132-е место. Высокая концентрация богатства в узких кругах, при общей бедности.
Рупия не свободно конвертируема, вывод прибыли иностранными компаниями ограничен. Средний рост ВВП – 7% в год, но с низкой базы – в долларах медленнее, чем Китай на пике. Многие инвестиции идут на поддержание жизни, а не на развитие.
Сельское хозяйство даёт 18% ВВП при 60% занятых: низкая производительность, фрагментация, зависимость от климата. Огромный резерв дешёвой рабочей силы, который трудно вовлечь в производительный несельскохозяйственный труд.
Ограничения на вывод прибыли должны удерживать капитал внутри страны, но одновременно отпугивают часть иностранных инвесторов. Частный долг – 167% ВВП, банковская система активно кредитует потребление и бизнес, что подталкивает импорт.
Коррупция и клановость высоки: Индия на 85-м месте по восприятию коррупции. Бизнес учитывает эти риски. В правом поле: жёсткая защита работников, сложность увольнений, ограничения на движение капитала, сильные полномочия штатов.
Эмиграция человеческого капитала усиливает проблему: многие образованные и предприимчивые индийцы уезжают в развитые страны, не создавая добавленную стоимость внутри Индии.
Кастовые барьеры, федерализация и межконфессиональные конфликты продолжают мешать интеграции рынка и отпугивать глобальный капитал.