Геополитика, Экономика | Олег Брагинский, Марина Строева
Основатель «Школы траблшутеров» Олег Брагинский и ученица Марина Строева создают портрет экономики Великобритании: от институциональных особенностей до текущих макроэкономических рисков. Разбирают структурные проблемы, возможные сценарии развития.
Исторически Великобритания была мощной индустриальной державой. Промышленная революция конца XVIII – первой половины XIX века, обеспечила стране долгосрочное технологическое доминирование на рынках и крайне стабильный финансовый поток.
Но уже к концу XIX – началу XX века доля Англии в мировом производстве сокращалась, ряд отраслей устарели, появилась товарная конкуренция с Германией и США. Несмотря на сохранение высокой промышленной плотности, доля в мировом ВВП снижалась.
Первая мировая война и мирный период (1914–1939), привели к сокращению ёмкости потребительных рынков и утрате части экспортных позиций. Депрессия 1930-х усилила структурные проблемы производств и безработицу в большинстве регионах.
Вторая мировая война (1939–1950-е) вызвала масштабную мобилизацию промышленности, значительные разрушения и стремительный рост внешнего долга. Происходит национализация ключевых отраслей и создание всеобъемлющего государственного сектора в ряде сфер:
- здравоохранение
- энергоснабжение
- транспорт.
Период восстановления (1950–1960-е) ознаменовался государственным планированием, инвестициями в социальную сферу, восстановлением производства. При этом всё больше проявляются проблемы конкурентоспособности устаревших отраслей.
Как следствие, становится заметной деградация традиционного бизнеса – снижение конкурентоспособности тяжёлой промышленности, шахт, судостроения. Растёт безработица большинства регионов, усиливается профсоюзное движение и проблемы управления.
Кризисы 1970-х были обусловлены высокой инфляцией, низким ростом доходов, частыми забастовками, что в итоге подорвало прежние экономические модели, и привело к неолиберальным реформам Маргарет Тэтчер:
- крен в сервисную экономику и усиление роли Лондона как глобального финансового центра
- приватизация госкомпаний, дерегуляция финансовых рынков, ослабление регулирования труда.
В результате инвестиции сконцентрировались в недвижимости и сервисах, промышленное производство отступило. Основной капитал двинулся в сектор, не создающий большого числа рабочих мест в производстве и не обеспечивающий массового прироста экспортной базы товаров.
Основные институциональные преимущества Англии – нематериальные активы:
- Лондон – один из глобальных финансовых центров: биржи, банки, хранение активов, торговля золотом
- английское право – продукт с экспортной ценностью: контракты, арбитраж, корпоративные структуры
- развитая индустрия профессиональных услуг: аудит, консалтинг, юридические услуги.
Нематериальные сектора приносят валюту, создают рабочие места высокого дохода, поддерживают международный статус страны. Однако именно экспансия сервисов не компенсирует ряд внутренних дефицитов.
Инвестиции в недвижимость и рынок аренды выросли в масштабе: высокие цены и доходность привлекают капитал, что делает сектор ключевым депозитарием богатства. Недвижимость – не только экономический актив, но и социальный фактор, который приводит к:
- росту цен и снижению доступность жилья
- сдерживанию мобильности рабочей силы
- концентрации собственности.
Индустрия консультаций стала колоссальным бенефициаром бюрократической сложности: большое число профессиональных услуг генерирует значительную прибыль, сопоставимую с банковским сектором, но это стало источником массового производственного роста.
Долгосрочный отрицательный счёт текущих операций означает, что Великобритания финансирует потребление и инвестиции благодаря привлечению капитала извне (заём, прямые иностранные инвестиции). Впадая в зависимость от внешних потоков и становясь всё более уязвимой.
Высокий государственный долг – 138,6% ВВП увеличивает бюджетные расходы. После 2008 года и особенно в ответ на пандемию, Банк Англии применил масштабное количественное смягчение, что привело к взлёту денежной базы, росту инфляции, значительной закредитованности экономики.
И всё же, Великобритания остаётся одной из крупнейших экономик мира: ВВП – $3,64 трлн по номиналу, но темп роста небольшой – 1,1%. Высокий показатель ВВП на душу населения – $52’637, однако усреднённые значения скрывают значительное внутреннее неравенство.
Очень низкий уровень крайней абсолютной бедности по международной границе в $3 в день – 0,5%, абсолютная нищета в Великобритании практически отсутствует. Характерно для развитой экономики, но не отражает проблемы относительной бедности и различия дохода внутри страны.
Сокращение реального производства и превращение квалифицированных работников в инвестиционные объекты (аренда недвижимости как источник дохода) привело к дефициту трудовых ресурсов в промышленных и технических профессиях.
Англия – одна из крупнейших популяций в Европе с населением в 69,2 млн человек, что обеспечивает значительный внутренний рынок, но требует масштабной инфраструктуры и социальных услуг. Годовой ежегодный прирост населения – 1,1%, обусловлен миграцией.
Сильный положительный миграционный приток – 417’114 человек в год, укрепляет демографическую базу, повышает объём рабочей силы и налоговой базы, но требует дополнительных инвестиций в жильё, образование, транспорт, услуги, инфраструктуру.
Официальная безработица – 4,1%. Одновременно рынок испытывает нехватку кадров в медицине, логистике, строительстве, ИТ. С одной стороны, де-факто нужны мигранты и рабочие руки, с другой – политическая риторика правительства ограничивает приток приезжих.
Администрация делает ставку на увеличение налоговых поступлений, чтобы сократить внешний долг: повышение ставок для доходных групп, рост налога на энергетический сектор, сокращение льгот. Зреет конфликт с идеологией Brexit, где обещались:
- свободный рынок
- низкие налоги
- дерегуляция.
На практике политика становится более налогово-ориентированной, снижая привлекательность для международных корпораций, особенно на фоне глобальных инициатив по минимальному корпоративному налогу в 15%.
Рецессия и высокая инфляция выше 3% годовых на протяжении последних четырёх лет создают сложный стагфляционный фон. Снижается реальная покупательная способность, корпоративная прибыль и государственные доходы.
Риски: падение цен на британскую недвижимость (что ударит по банковским балансам и частным инвесторам), спекулятивные атаки фондов, отток компаний при жёстком глобальном налоговом режиме, а также социально-политические последствия (рост неравенства, протесты, стачки).